Дед Мороз: когда-то меня звали Карачун

13 декабря 2016

Сегодня герой нашего номера – совершенно особенный. Это тот, о ком в декабре в России говорят больше, чем о любой суперзвезде; тот, кто появляется всего на несколько минут, но этих минут ждут целый год… Мой собеседник – сам Дед Мороз!

Текст: Инна Бартош

– Здравствуй, дедушка! Главные вопросы, которые волнуют всех детишек – где ты живешь и что делаешь летом?

– У меня несколько домов. Два главных – в Лапландии на Чунозере и в Великом Устюге, а еще есть московская усадьба, резиденции в Мурманске и в Архангельске… А дел хватает. Летом проходят международные съезды зимних волшебников – в Дании, Финляндии, Норвегии. Встречаемся с коллегами, обсуждаем злободневные вопросы. А еще летом я отвечаю на письма детей, стараюсь на каждое ответ написать.

– Дедушка, а почему все к тебе на ты обращаются? Как-то неуважительно…

– Наоборот, очень уважительно! Знаешь ли ты, девица, что еще лет триста назад все друг друга только так и называли, а «вы» в единственном числе появилось только в восемнадцатом веке. А чтобы показать уважение, люди использовали, во-первых, отчества, а во-вторых, звательный падеж. Да-да, был еще один падеж: "княже", "отче", "человече", "старче", "владыко", друже, брате.. Специальная форма слова, чтобы уважительно обратиться к человеку. И нельзя про кого-то сказать "друже", это можно говорить только ему самому при общении.

– Ой, дедушко, а отчество-то у тебя как?

– Иванович я, – наверное, сын всех сказочных русских героев разом. А вот имя-то мое – загадка потруднее отчества. Уж конечно, не Дедом меня зовут, это скорее звание. А кличут меня по-разному. Когда-то давно звали меня Карачун, потом уж стали Морозом Ивановичем величать. А уж прозвища всякие были – и Студенец, и Трескунец, и Морозко, а в последнее время Николаем Ивановичем да Сергеем Ивановичем…

– Сергеем? Ну, Николаем – это в честь святого Николая, который на самом деле ваш американский брат Санта Клаус. А почему Сергеем?

– А это после того, как обо мне написали книжку писатели Жвалевский и Пастернак (картинка наверху - из нее как раз). В ней они рассказали про Сергея Ивановича Морозова, который попал под волшебный снег и на 50 лет превратился в волшебника. Книжка мне очень понравилась, - тем более, что в ней не только сказка, но и история нашей страны, яркая и непростая. Я знаю, что эту книжку в подарочном издании часто дарят родители детям на Новый год – у нее есть интерактивное издание с сюрпризами на разных страницах - вращающийся круг-куранты, трехмерная коробка с солдатиками, книжечка-календарь, распахивающиеся резные двери, разные клапаны и подвижные элементы, объемные конструкции и открытки… А комментарии на полях рассказывают о важных исторических событиях и о повседневной жизни в России начала ХХ века, о реформах календаря и орфографии, о том, чем я провинился перед советской властью.

– Да, несколько лет ты был просто под запретом…

– После революции в канун 1929 года Рождество было объявлено обычным рабочим днем, а специальные патрули ходили по улицам и заглядывали в окна, чтобы найти и наказать тех, кто готовится к празднику! Так было семь лет, я был вынужден скрываться, но 28 декабря 1935 года в газете напечатали статью одного важного дядьки, который предложил организовать для детей празднование Нового Года. И тут же вернулись в дома елочки и праздник, – правда, не Рождество, как прежде, а Новый год. Но для меня стало даже лучше. Если до того я был просто зимним волшебником, хозяином стужи и зимнего холода, то с 1936 года без меня уже не обходился ни один праздник!

– А когда о тебе была написана первая книжка?

– В 1840 году был напечатан сборник сказок Владимира Одоевского «Сказки дедушки Иринея» – там есть сказка «Мороз Иванович». Но дело там происходит весной, поэтому писатель поселил в ледяной стране, вход в которую открывается через колодец. А потом эту сказку перевели на английский, а меня при этом назвали King Frost – король Мороз.

– Все мы знаем, что у тебя есть внучка Снегурочка, а кто ее родители?

– Снегурочка – девочка волшебная, она из снега слеплена. А внучкой я зову ее просто по возрасту, – как вы говорите, уважительно. А вы знаете, что с нами еще один мальчик появлялся раньше, во время СССР?  Целых тридцать лет, в 1950-80-х годах. Его звали Новый год, у него была красная шуба и шапка, на которых были нарисованы цифры наступающего года. А потом как-то о мальчике все позабыли… А приходу Нового года – каждый год радуются!

Комментарии